в ,

Кто хочет быть евреем?

image_pdfСохранить в PDFimage_printПечатная версия

В недельной главе Ваишлах1 мы читаем о том, как праотец Яаков, всю ночь борясь с ангелом, представляющим его брата Эсава, обретает новое имя — Исраэль. «Не Яаков должно быть впредь имя твое, — провозглашает побежденный ангел на восходе зари, — а Исраэль: ибо ты состязался с ангелом и с людьми, и одолел».

И все же после этого Яаков по-прежнему называется в Торе Яаковом, хотя иногда так же и Исраэлем; фактически с этого момента Тора чередует оба имени праотца. То же самое относится и к еврейскому народу в целом: обычно нас называют «Израиль» или «Сыны Израиля», но точно также в Торе есть множество упоминаний евреев, где мы называемся «Яаков» или «Семя Яакова».

Наши мудрецы обращают внимание на то, что имя Яаков используется, когда нас называют «рабами» Всевышнего («А ныне слушай, Яаков, раб Мой»),2 в то время как имя Исраэль считается подходящим для ситуаций, когда мы называемся Его «детьми» («Израиль — мой первенец»).3

Разницу между рабом и ребенком можно пытаться понять на многих уровнях. Однако самое базовое различие — это мотивация, стоящая за взаимоотношениями. И ребенок, и раб служат родителю/хозяину и исполняют его волю. Разница в том, почему они это делают. Когда ребенок делает что-то для своего отца или матери, он испытывает любовь, удовольствие и радость. А раб выполняет повеление хозяина, основываясь не на том, что хочет этого, а на том, что должен.

Эта разница будет влиять и на качество отношений. Несмотря на то, что и «ребенок», и «слуга» чисто технически могут выполнять одни и те же действия, существует огромная разница в природе, качестве и последствиях этих действий в зависимости от того, совершаются ли они из любви и желания или из чувства долга и вынужденности.

Эти прототипы — «ребенок» и «раб» — существуют во всех отношениях между людьми: в супружестве, в семье, на рабочем месте и т.д. Это могут даже быть детско-родительские отношения, где ребенок по своим чувствам, эмоциям и действиям по отношению к родителям больше напоминает раба или раб, чье служение господину наполнено по-детски преданной любовью и искренним желанием сделать его жизнь лучше.

В нашей жизни как представителей еврейского народа, в наших отношениях с Богом эти два прототипа тоже проявляются.

Наше еврейство может быть образом жизни «раба» — того, кто не имеет никакого права выбора в этом вопросе и просто принимает тот факт, что надо делать определенные вещи, потому что таковы правила, и это наша обязанность, или же мы можем быть «детьми» Бога, которые радуются своей роли, стремятся исполнять то, о чем их просят, и наслаждаются этим.

«Ангел Эсава», с которым мы все вынуждены бороться, — это наше собственное материальное я. Это та часть нас, которая хочет лишь одного: быть такой же, как все — жить в свое удовольствие и идти по пути наименьшего сопротивления. Это та часть нас, которая «принимает» наше еврейство как нечто, что было нам навязано: мы делаем свое дело, но без любви, без радости и без желания, которые присущи только тем, кто по-настоящему настроен действовать.

Но есть в нас и другая часть, олицетворяющая «Яакова» — личность, которая находится в постоянной борьбе с ангелом Эсава. В жизни каждого из нас бывают моменты триумфа над этим ангелом материализма и безразличия. Это те моменты, когда мы поднимаемся к своему более высокому уровню под именем «Исраэль» — то есть такое внутреннее я, которое радуется нашим отношениям с Богом и нашей особенной дарованной Богом задаче быть евреями. Это те моменты, когда мы относимся к заповедям не как к обязанности, а как к акту истинной сильной любви и выполнению своего предназначения.

Но Тора знает, что суть нашей работы над собой заключается не просто в том, чтобы победить ангела Эсава и «перейти» от своей личности, представляющей Яакова, к уровню Исраэля. Нет — мы остаемся одновременно как Яаковом, так и Исраэлем, чередуя эти два варианта восприятия своего еврейства. Некоторые из нас могут быть Яаковом большую часть своей жизни, в то время как в других преобладает Исраэль. Но на самом деле, у каждого из нас бывают и проявления Исраэля, и моменты, когда мы возвращаемся к режиму Яакова.

Вот почему даже после того, как Яаков побеждает ангела Эсава и обретает имя «Исраэль», Тора продолжает называть его — и нас — обоими именами. Ее послание двоякое.

Во-первых, несмотря на заложенный в нас потенциал Исраэля, Всевышний продолжает ценить и присущую нам сущность Яакова, нежно любя и лелея каждое доброе дело, которое мы совершаем, даже — и, возможно, особенно — когда нам не хватает радости и желания их совершать и приходится переступать через себя, относясь к заповедям как к долгу. Во-вторых, мы должны помнить, что у нас всегда есть возможность получить доступ к своему внутреннему Исраэлю и испытать радость и удовлетворение, которые возникают благодаря стремлению к Всевышнему, осознанию того, кем и чем мы являемся, и исполнению своей жизненной миссии.

Сноски

  1. Берешит, 32:4-36:40.
  2. Йешаяу, 44:1.
  3. Шмот, 4:22.

Жалоба

Проголосуйте:

0 баллов
За Против

комментария

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Инвалиды в еврейском сообществе. Часть 9

Духовность — не роскошь