Поколение за поколением “тайные” евреи бросали вызов испанской инквизиции, стараясь соблюсти Песах и другие праздники в соответствии со всеми законами, как это делали их предки.

Пять веков назад евреи Испании оказались перед ужасным выбором: что же делать, принять христианство или быть изгнанными из страны? Когда король Фердинанд и королева Изабелла объединили Испанию под эгидой католической церкви, они решили, что отныне их страна должна целиком и полностью стать христианской.  

Был издан указ: с 11 августа 1492 года ни один иудей не должен был остаться в стране. Любому последователю иудаизма, который осмелится оказаться в Испании после этой даты, грозила мучительная смерть.

Большинство испанских евреев предпочли покинуть страну. 11 августа 1492 года совпало с мрачной для евреев датой Тиша бе-Ав (Девятое Ава), когда мы устраиваем пост и вспоминаем разрушение обоих Иерусалимских Храмов. Но теперь к этим национальным трагедиям добавилось и массовое изгнание из Испании.  

Сотни тысяч евреев выстроились в портах и гаванях, чтобы сесть на корабли, отправляющиеся в Северную Африку, Турцию, Италию и другие страны. Многие из этих несчастных евреев были обмануты недобросовестными капитанами, а некоторые даже проданы в рабство или убиты.

Часть же евреев, прилюдно приняв христианство, осталась, но при этом тайно продолжала следовать иудаизму. Таких евреев стали называть марранами (от испанского marrar — «заблуждаться»). Подобное поведение было очень рискованным и могло привести к смертной казни.

Население на поводу у инквизиции

Стремясь искоренить марранов, в 1480 году католическая церковь учредила в Испании инквизицию. Начались допросы, пытки, и — если было установлено, что обвиняемые действительно втайне придерживаются законов иудаизма – их сжигали на площадях во время публичных массовых казней. Однако, несмотря на угрозу невообразимых пыток и смерти, многие продолжали придерживаться традиций своих праотцов, со всей внимательностью соблюдая еврейские праздники и следуя правилам кашрута.  

Принужденных к крещению евреев и мусульман в те времена называли конверсо — «обращенные».

Жестокие инквизиторы обратились к населению, чтобы оно следило за своими соседями и реагировало на малейшие признаки приверженности иудаизму. Прислуга должна была немедленно сообщать о любых подозрительных действиях со стороны своих хозяев.  

Многие из таких свидетельств были найдены, собраны и задокументированы нашими современниками доктором Дэвидом М. Гитлицем и доктором Линдой Кей Дэвидсон, бывшими профессорами Университета штата Род-Айленд, супругами.

«Эдикт милосердия»

В каждом городе, где действовала инквизиция, она издавала «Эдикт милосердия», в котором перечислялись особенности поведения, которые могут быть присущи тайно соблюдающему иудею. Такого человека инквизиция хватала и подвергала пыткам. Согласно одному из Эдиктов, евреи выделялись, например, таким образом:

«…(Соблюдали) субботы (путем) приготовления пищи, по пятницам готовя такую еду, какая требуется для субботы, а потом и кушающие мясо, приготовленное таким образом в пятницу, как это обычно делают евреи.., не употребляющие в пищу свиней, зайцев, кроликов, задушенных птиц.., ни угрей, ни другую рыбу без чешуи, как это предусмотрено еврейским законом… Или те, кто отмечает Праздник опресноков (Песах), начиная с употребления салата-латука, сельдерея или других горьких трав в те дни».

По иронии судьбы, по мере того, как шли годы и марранам в Испании становилось все трудней и трудней передавать свое наследие следующим поколениям, «Эдикт милосердия» служил своего рода руководством для некоторых евреев, из которого они черпали сведения, что следует обязательно соблюдать, чтобы их потомки оставались евреями. И главным в еврейской практике соблюдения было приготовление, а затем и употребление особенных продуктов для Песаха и проведение тайных Пасхальных Седеров.

В летописи инквизиции есть свидетельства прислуги и соседей, обвиняющих евреев в тайном праздновании Песаха. Они описывают душераздирающие истории преданных идее иудаизма людей, которые старались следовать религии своих предков и за одно это подвергались ужасным страданиям.

Хуан Санчес Экзарх был осужден инквизицией города Теруэл в октябре 1484 года. Хотя евреи тогда еще не были изгнаны из Испании, многие уже столкнулись с давлением со стороны местных жителей, по наущению инквизиции требующих от них обращения в христианство. Судя по всему, Хуан Санчес был одним из тех евреев, которые неоднократно получали предупреждения и в конце концов были вынуждены публично принять христианство, при этом все же продолжая тайком вести еврейский образ жизни.

Против него было выдвинуто 53 пункта обвинения, и немаловажную роль играло соблюдение Песаха. «Он отмечает Песах, ест в этот день мацу, сельдерей и салат, как это принято у евреев, — писала инквизиция. — Он получает на Песах пресный хлеб из еврейского квартала, покупает новую посуду для праздника. Он делает и все остальное, что евреи делают на Песах… Он омывает руки перед молитвой (как это принято во время пасхального седера и других еврейских трапез)».

Судебное разбирательство длилось два года, в итоге Хуан Санчес был признан виновным и в 1486 году приговорен к смерти.

Спустя 6 лет инквизиция допрашивала высокопоставленного советника арагонского короля Хуана II, Педро де ла Кабальерию, который обвинялся в том, что является марраном. По словам другого тайного соблюдающего еврея, который был вынужден дать против него показания, Педро признался ему, что тоже ведет еврейский образ жизни, сказав: «Кто помешает мне, если я захочу, поститься в Йом Кипур и отмечать (еврейские) праздники и все остальное? Теперь у меня есть полная свобода действий. Те старые времена (когда он был ограничен, поскольку был евреем) уже прошли».

Старинные пасхальные рецепты из протоколов инквизиции

В деле Педро де ла Кабальерии описано блюдо, которое часто готовили тайные евреи: huevos haminados – «обернутые яйца». Это блюдо из яиц, сваренных с луковой шелухой, оливковым маслом и пеплом. Таким образом яйца окрашивались в золотисто-оранжевый цвет и имели луковый аромат. Это угощение нередко готовили на Песах.

Еще одним пасхальным блюдом, принятым среди марранов, было bunuelos — своеобразное тесто, приготовленное из мацы, жаренное в масле, а затем сбрызнутое медом. Многие сефардские евреи и в наши дни продолжают делать эти пасхальные сладости. Историки обнаружили записи одной испанской женщины по имени Маргарита де Ривера (в 1643 году жила в Мексике), в которых рассказывается, как тайно готовить это блюдо. И даже спустя 150 лет после того, как ее предки были вынуждены скрывать свое еврейство, ее семья продолжала делать это классическое пасхальное печенье.

Но, конечно, самой вызывающей осуждение пасхальной пищей, которую могли приготовить евреи, была маца. Инквизиция городка Альмасан зафиксировала несколько случаев, когда марраны готовили мацу. Женщину по имени Ангелина, которая была женой Кристуала де Леона из Альмасана, обвинили в том, что она «делала тесто из муки и яиц, а также несколько круглых плоских лепешек с перцем, медом и маслом» и выпекала эти необычные лепешки в весенний период.

В 1505 году, тоже в Альмасане, христианка по имени Олалла свидетельствовала инквизиции, что ей довелось сидеть в церкви за одной из своих соседок, Беатрис, и наблюдать, что в течение какого-то времени та клала причастие в рот, а затем осторожно выплевывала его вместо того, чтобы съесть. Во время суда над ней, и, вероятно, после пыток, Беатрис призналась, что она и ее подруга, о которой мы знаем только как о жене Руи Диаса Лайнеза, «сделали несколько пирожных отдельно от другого теста, чтобы оно не содержало закваску, замесили его с белым вином, медом, гвоздикой и перцем, и приготовили в итоге около двадцати штук, которые держали… в специальном сундуке для хранения»  — понятно, что подальше от посторонних глаз.

Похоже, у некоторых конверсо был обычай добавлять в тесто для мацы немного тонко измельченной пыли с земли, возможно, как символ того, что у израильтян было так мало муки в Египте, что они должны были добавлять в нее пыль, или, как вариант, это делалось, чтобы проиллюстрировать, что маца также известна как хлеб скорби. Какой бы ни была причина этого любопытного обычая, он упоминается в документах инквизиции 1620-х годов в городе Сьюдад-Родриго, в Саламанке, недалеко от границы Испании с Португалией.

Одна из местных марранов, Изабель Нуньес, была обвинена в «приготовлении пасхального хлеба, который они обычно замешивали без заквашивания или добавления соли, произнося определенные молитвы во время процесса». А ее подругу Ану Лопез обвинили в том, что она ела «пасхальный хлеб». (Ана Лопез была оправдана и освобождена; однако, к сожалению, судя по всему, Изабель Нуньес все же была признана виновной в том, что следовала иудаизму.)

В течение нескольких поколений испанские еврейские семьи продолжали вести традиционный образ жизни под страхом смерти и всему вопреки. Огромное количество евреев были замучены и убиты, сожжены на кострах инквизиции. Так пусть воспоминания о марранах, которые соблюдали Песах в невообразимых обстоятельствах и страшной опасности, были благословлены, и пусть они вдохновляют нас и сегодня праздновать Песах с радостью и гордостью.