Воспоминания дочери рава Хаима Каневского, рабанит Цивион, из книги Дом моей матери. На этот раз — о ее прадедушке, раввине Арье Левин.

Пророк Элиягу

Я помню этот случай, как вчера. Однажды, когда мне было около шести лет, я шагала рядом с папой, держа его за руку. Вдруг в конце улицы показалась фигура, подобной которой я не видела ни разу: иерусалимский еврей небольшого роста, в преклонных летах и умудренный опытом, как полагается, с белой бородой, лицо его излучает свет, и все его существо говорит о духовной чистоте и неповторимости.

Именно так я представляла себе образ пророка Элияу, и вот, подумалось мне, удостоилась видеть его прямо перед собой.

— «Папа!» – потянула я отца за рукав. – «Гляди, это же пророк Элияу!»

— «Это дедушка раби Арье, к нему мы идем», – улыбнулся папа…

По стопам дедушки

рав Арье Левин

Прадедушка раби Арье Левин, благословенна память праведника, – единственный на моей памяти представитель поколения, предшествовавшего моим дедушкам и бабушкам.

Раби Арье, дедушка моей мамы, по-видимому, явился одним из ключевых людей, сформировавших ее личность: две выдающиеся черты характера мамы – самопожертвование по отношению к Торе папы и отдача всей себя на благо других – то были плоды наставления и воспитания ее Дедушкой, Раби Арье.

Когда состоялось радостное событие помолвки папы и мамы, дедушка Стэйплер выступил перед своим шурином Хазон Ишем с похвалой в мамину честь. Помимо прочего, он упомянул следующее: все люди только и говорят про то, что невеста своими качествами похожа на ее дедушку, раби Арье Левина.

Многие жители Иерусалима, знакомые с раби Арье и мамой, не без трепета отмечали невероятное сходство между дедом и девочкой. Одна известная рабанит так отзывалась при мне о маме: «Я не понимала, как малышка может быть настолько славной, но в случае, что она внучка Раби Арье, все сразу ясно».

Действительно, как дедушка Раби Арье и его супруга Бабе Хане посвящали себя и свой дом окружающим людям, так вела себя и дочь, бабушка рабанит Эльяшив, а далее по их стопам пошла внучка, она же наша мама. И, как дочери дедушки раби Арье были приучены к самоотверженности ради Торы мужей, в таком же духе воспитали и маму, которая осуществляла это изо дня в день на протяжении всей жизни.

Вообще дедушка Раби Арье самостоятельно занимался воспитанием мамы. Будучи одной из его знаменитых внучек, она приобщилась к его бесчисленным милосердным делам и безостановочно продолжала его путь до того момента, как ее душа поднялась в высшие миры.

Открытие Элияу

В добавление к истории, связанной с дедушкой Раби Арье и пророком Элияу… мама, бывало, говорила о том, что он открывался нашему старику.

Из года в год, во время празднования Песаха, раби Арье обычно устраивал сбор пожертвований на «пасхальную муку» для бедняков города. В тот год стояла засуха, уровень нищеты оставался высоким, и не получалось достичь требуемой суммы. Раби Арье прохаживался по рынку в Старом Городе, опечаленный до глубины души. И вот, пока он ждал автобуса на остановке, к нему подошел арабский мужчина, спросил его имя и передал ему запечатанный конверт. Разорвав бумагу, раби Арье с удивлением обнаружил внутри ровно столько денег, сколько недоставало!

И мама заканчивала повествование: «Дедушка раби Арье признавался, что ему было жаль думать о том, в каком обличье явился к нему Элияу аНави».

А я отвечала ей, что это не так страшно – ведь и пришедшие к Аврааму Авину ангелы предстали в образе арабов…

Словно ангел-хранитель

Конечно, дедушка раби Арье не был «Пророком Элияу», однако его можно считать ангелом-хранителем для многих.

Подобно тому, как скрижали Завета, олицетворяющие две части Торы – заповеди между человеком и Всевышним и заповеди между человеком и человеком – связанные и переплетенные одна с другой, таким был и праведник дедушка раби Арье Левин: его мощная грандиозность знания Торы и служения Богу сочеталась с величайшей силой любви к созданиям. Подавленные и сокрушенные люди находили у него утешение и ободрение, удостаивались теплого и искреннего приема, причем даже к грешникам и преступникам он относился с лаской и состраданием.

Это реальная история: единственным, кто рисковал жизнью и регулярно посещал лепрозорий (больницу для прокаженных) в Иерусалиме, оставался раби Арье! Ведь родственники пациентов опасались заходить внутрь здания, общаясь со своими близкими с балкона соседнего строения. Несомненно, раби Арье избегал прямого контакта с больными, чтобы, не дай Бог, не заразиться, но он беседовал с ними, внушал им надежду и позитивный настрой, при этом давал им возможность провести свободное время с пользой – учился с ними и читал им недельную главу.

Эта больница находилась под руководством неевреев, следовательно, у евреев, помещенных в нее, не было кошерной пищи. Бабушка Хане, бывало, варила для них вкусные обеды, а дедушка приносил им еду.

Рассказывает Адмор из Сукачева: «В один из дней Рош Ходеша (начала месяца по еврейскому календарю) раби Арье попросил меня добраться с ним до лепрозория, расположенного в Бейт-Лехеме, и помочь ему доставить туда корзины с питанием пациентам. По прибытии на место я удивился: оказалось, все больные были арабами!

«Рав Арье, – выразил я свое изумление, – почему Вы нашли правильным стремление направляться за город и подвергать себя опасности подцепить хворь от прокаженных, которые ненавидят нашу страну?»

«Там в отделении есть один еврей, – ответил он мне, – ради него я и езжу…»

«Раввин узников»

На момент, когда британский мандат, правивший в Израиле, искал соблюдающего человека, способного обеспечить религиозные потребности еврейских заключенных, раввины Иерусалима предложили кандидатуру раби Арье, и с тех пор его прозвали «раввином узников». То были уголовники, среди которых числились и тяжкие преступники, однако раби Арье не оставлял их в стороне: он встречал их приветливо и старался вернуть к надлежащему поведению.

Вот история вора, оставившего «профессию» в заслугу общения с моим дедушкой. «Никогда больше не буду воровать, – заявил тот человек, поскольку мне хочется преподнести раби Арье дорогостоящий подарок…»

Однажды ночью в доме раби Арье оставался освобожденный арестант, бывший вор. И вот, наутро выяснилось, что он скрылся вместе с серебряными подсвечниками и кубками…

Раби Арье обратился к бабушке Хане и сообщил ей: «Я прощаю полным прощением того вора, дабы он не предстал перед судом», – и добавил взволнованно: «Давай пообещаем себе, что это происшествие не остановит нас от приглашения подобных гостей в дальнейшем…»

В первые несколько лет после начала работы раби Арье «раввином узников» его основное внимание было обращено на бандитов и преступников, однако к концу британского мандата он также отвечал за участников сопротивления, заточенных в тюрьмы вследствие борьбы с тогдашним правительством; некоторым из них было назначено пожизненное заключение на каторге, иным – казнь через повешение. Дедушка раби Арье часто наведывался в темницы, молился с арестантами и утешал их разбитые сердца, вдыхал в них веру и передавал им привет от их домочадцев.

Мой дядя рав Ицхак Зильберштейн описал, как все происходило: семья заключенного вручала раби Арье записку для родственника, и в момент встречи он передавал тому человеку всю любовь и… поцелуй. Никто посторонний не обращал внимания на то, что этим способом, изо рта в рот, бумажка попадала к осужденному…

Дедушка принимал активное участие в буквальном спасении душ: часть приговоренных к смерти просили посодействовать им, да пошлет Милосердный избавление, только бы не погибнуть от руки британских властей, и рав Арье предпринимал нечеловеческие усилия с целью замолвить словечко, в отдельных случаях все завершалось благополучно. У других ожидавших своего часа расплаты наказание было пересмотрено, и таким образом, благодаря его стараниям, они хотя бы оставались в живых. Плюс ко всему, выпущенные на свободу из тюрем заключенные скрывались в его доме, пока все не утихнет.

Не раз и не два Раби Арье задумывался над тем, правильно ли поступает, уделяя столь значительное количество времени милосердию, ведь ему не терпелось учить Тору 24 часа в сутки, а все вышеперечисленное занимало немалую часть дней. В ходе одной из встреч с его раввином, аЛешем аКадош, он открыто озвучил свои сомнения.

«Если тебе сопутствует удача в добрых делах, это знак, что за тем ты и появился на свет», – успокоил его аЛешем. – «Ступай с этой силой и продолжай приносить избавление Израилю!»

С тех пор раби Арье открыл дверь дома для всех людей без исключения, начав общаться с каждым евреем любого происхождения. В особенности благосклонными были представители сопротивления, которые, будучи по понятным причинам «постоянными посетителями» израильских темниц, периодически прибегали к помощи моего дедушки.

Моя тетя рабанит Исраэльзон по сей день помнит о том, как глава Эцель (еврейской подпольной организации, действовавшей на территории Палестины в 1931-1948 гг.) приходил домой к раби Арье во времена, когда его люди выходили на задания по противодействию британскому правительству, и просил его молиться за них. Через много лет бывшие узники израильского подполья решили отпраздновать 70-летний юбилей раби Арье. Рав из Бриска повелел ему участвовать в торжестве, чтобы была возможность поговорить с ними и попробовать возвратить их к истине.