«Это Тора – когда человек умрёт в шатре…» (Бемидбар, 19:14)

По мнению наших мудрецов (Брахот, 63б), этот стих намекает на то, что изучение Торы удаётся только такому человеку, который «умерщвляет» себя во имя Торы. В словах Рамбама в «Законах Изучения Торы» (3:12) мы видим пояснение этому изречению. Он пишет: «Не даётся изучение Торы ни тем, кто расслабляется в её изучении, ни тем, кто, изучая её, услаждает себя физическими удовольствиями, но только тем, кто «умерщвляет” себя во время учения, стремится ограничить потребности тела и не смыкает глаз. Объясняют мудрецы намёк, содержащийся в отрывке “вот Тора – когда человек умрёт в шатре…” – Тора даётся только тем, кто “умерщвляет” себя в шатрах мудрецов». Из этих слов мы видим, что, говоря об “умерщвлении”, мудрецы имеют в виду изучение Торы всеми силами.

Однако слова Рамбама требуют разъяснения: почему слова Торы не даются тем, «кто, изучая их, услаждает себя физическими удовольствиями», ведь мы видим, что в изучении других наук различные удовольствия только помогают человеку усвоить их с большей лёгкостью.

Чтобы ответить на этот вопрос, приведём отрывок из Талмуда в трактате Санедрин (35а). Талмуд утверждает, что Санедрину запрещено вести обсуждение смертного приговора в пятницу. Причина этого заключается в том, что, поскольку смертный приговор судьи не смогут вынести до воскресенья (по законам Торы запрещено заканчивать суд в тот же день, в Субботу же запрещено судить), есть опасение, что до дня вынесения приговора судьи забудут обсуждения, которые велись позавчера. Добавляет Талмуд, что, несмотря на то, что писари записывают весь ход обсуждения, этого не достаточно, поскольку сердце судьи не помнит глубокого смысла дискуссий.

Из этого видно, что, поскольку слова Торы – Б-жественные, они требуют изучения не только разумом, но и всем сердцем. А это возможно, только когда человек полностью концентрируется на её словах, не оставляя в своём сознании места для различных удовольствий.

Не каждый человек может достичь таких высот в изучении Торы, как мудрецы Санедрина, однако, если еврей, тяжело добывая свой хлеб (или если голова его заполнена различными делами и заботами), находит время для серьезного изучения Торы и в это время он всеми силами старается сконцентрироваться на её словах и приблизить их к своему сердцу, то он также считается «умерщвляющим» себя во имя Торы.