«Земля, в которой не в скудости (не в бедности) будешь есть хлеб, ни в чем не будешь иметь в ней недостатка; земля, камни которой — железо, и из гор которой будешь высекать медь». (Дварим, 8:9)
Все, что сказано в этом стихе Торы в восхваление земли Израиля, Святой Земли, – сказано в противопоставлении ее другим, обычным землям. Стих этот на самом деле – часть ответа на следующий трудный вопрос.
«Три великолепных подарка дал Всевышний народу Израиля, и все три даются лишь в страданиях: Тору, будущий мир и землю Израиля» (Брахот, 5а).
И следует спросить: как это понять? Подарок – это обычно то, что дается не за деньги или какую-то услугу, не «взамен», – а «ни за что»! А здесь вдруг – «в страданиях»! Но ведь платить ими – это хуже, чем деньгами или услугой; наоборот, человек всегда готов отдать деньги или что-то сделать, только бы не страдать! И тем более, что если две первые вещи, Тора и будущий мир – вещи духовные, и относительно них еще можно допустить в их дарении необычность и некий «мистический обмен» на что-то, то земля Израиля, при всех ее выдающихся качествах, – все же материальна!
И вывод один: земля Израиля для народа Израиля – это нечто такое, что даже после всех страданий – останется подарком! Окажется чем-то таким, что стоило всех перенесенных мук, – они были просто ничто в сравнении с благом этого великого приобретения! Пусть даже в момент страданий человек-страдалец того не видел, не осознавал! Хотя – был один, который видел и понимал… Раби Акива – когда смеялся в эпизодах, – есть в Талмуде несколько таких, – когда товарищи его плакали, а он один смеялся, – и ведь не просто товарищи – а столпы поколения!… С родословными, предками славными… Один – глава Санедрина, другой – коэн, служивший в Храме, третий – левит, певший в Храме; а сам раби Акива? Из прозелитов; вся «родословная» его – потомок народа из главных мучителей Израиля! И вот – товарищи его, элита еврейского народа, после слов его и объяснений в тех эпизодах – благодарят: «Утешил ты нас, Акива, утешил!» Он – знавший цену духовного перерождения и возвышения, – «подарка», который дается в муках; и какие муки даже приблизиться могут к ценности такого дара??? Знал цену – и смеялся… И, как видно, один он был в этом столь велик, судя по тому, кем были, сколь были велики его товарищи в тех сценах, – и если уж они плакали, то кто нет? И была тогда у раби Акивы еще впереди чаша страданий, уготованных ему в его казни, – и урок их принятия в любви…
И наконец – прошу прощение за столь грубое сопоставление, – но ясный и поучительный пример. Представим себе такую невозможную метаморфозу. Создание из мира низменного – кошка… И если бы путем какой-то самой мучительной операции можно было превратить ее в человека, – она, осознав себя в этом новом качестве и поняв, что с ней было, какой была она и какой стала, – не сочла бы, что то, что с ней произошло – чистейший, величайший дар???
И вот – камни. Камни земли Израиля – нечто низшее в естественной иерархии всего, что есть в ней. Они не «перерождались», а просто были сотворены в этой земле, – и больше ничего; и лишь в силу этого так великая их ценность: в том лишь, что они – «камни земли Израиля»! Камни, которые слезами обливали «галутные евреи» в своем местечке, когда их привозил туда вдруг редкий путешественник как величайший сувенир и память… Камни, физическая природа которых та же, что у камней везде, – но есть в них все то же отличие, все та же «печать страдания» – превращения в пустыню после изгнания с этой земли ее хозяев – сынов Израиля, и возрождения нелегкого, и превращения вновь в цветущий сад – после их возвращения! И вот, камни эти – тоже, как народ Израиля, – будто не от мира сего; отличие такое же, как у еврея от других людей, у которых та же материальная природа – те же две руки, две ноги и двадцать пальцев… Из которых вышел, однако, наш раби Акива, – и вот, его природа неуловимая, надматериальная – от предков его оторвана невозвратимо – и вознесена высоко-высоко…
«Камни – железо»… Их тысяча таких перед тобою на земле, готовые лежат, возьми и подними; и вот, стих Торы говорит: в земле Израиля цена их – как у железа, в самый простой кусок которого вложен немалый труд! И тем он отличен от простых камней, которые везде среди людей без счета и надзора; а вот у всякого куска железа есть хозяин, знающий цену его, большую или нет, и место его в своем хозяйстве, и знает, что он с ним будет делать. И так в Земле Израиля: «глаза Небесного Хозяина ее» устремлены в нее всегда, во всякое творение Его на ней, живое или нет, – в мере совсем-совсем иной, чем вне этой земли…
А камень тот, что высечен из гор в каменоломне, в который вложен труд каменотеса, – еще ступенью выше: и не железо он уже ценой – а медь!
Так вся природа земли Израиля, камни ее и плодородная почва, и все, что в ней, и на ней, и само небо над нею… И мы волею Творца миров – хозяева на ней, и мы же – ее дети… Отрезанная непостижимой святостью своей от остального мира, и ею же – его питает… И вот у нас – вопрос к себе самим: насколько мы осознаем и сердцем ощущаем сей грандиозный, драгоценный, при всех мучениях и испытаниях – Творца нашего небесный драгоценный дар?
