в ,

К главе Хаей Сара. Ещё раз о любви и смерти

image_pdfСохранить в PDFimage_printПечатная версия

Глава Хаей Сара включает в себя повествование о двух темах. Первая — это смерть и похороны праматери  Сары, вторая — поиски невесты для праотца Ицхака.

На первый взгляд кажется, что между двумя этими темами не существует никакой связи.

В наши дни, согласно еврейской традиции, брак заключается посредством обряда, во время которого жених передает кольцо невесте.

Этот обряд основывается на сказанном в Мишне (Кидушин 2а): Тремя путями приобретается женщина: деньгами, документом и соитием.

Существует три пути формализации обручения жениха с невестой. Каждый из этих трёх путей выводится из Письменной Торы посредством тринадцати правил экзегетики, которые были переданы нам в Устной Торе и записаны в Барайте раби Ишмаэля — её мы каждый день говорим в утренней молитве.

А деньги [как способ формализации брака] откуда [выводятся]? Учил [по аналогии] «взятие» [из] «взятия» поля Эфрона. Написано здесь (в связи с браком): «Когда возьмёт мужчина женщину» (Дварим, 22:13), и написано там (в связи с полем Эфрона): «Отдал я деньги за поле, возьми их у меня» (Берешит, 23:13).

Здесь используется метод толкования, называемый «гзейра шава», смысл которого состоит в том, что посредством некого слова, написанного в Торе в определённом контексте, и того же самого слова, написанного в совершенно другом контексте, мы заимствуем определённое понятие Алахи из первого контекста и переносим его во второй.

Другими словами, из того, что Тора использует слово «взять» в контексте приобретения поля Эфрона Авраамом с помощью денег, и ещё раз использует то же самое слово «взять» в контексте брака — «Когда возьмет мужчина женщину и овладеет ею…», — мы выводим, что и брак можно заключать посредством денег или предмета, обладающего номинальной стоимостью. Таким предметом может вполне служить, например, кольцо из золота или серебра.

Интересно отметить, впрочем, что законы свадебного ритуала, являющегося одним из наиболее радостных событий в жизни человека, выводятся из рассказа о чём-то диаметрально противоположном: смерти и похоронах Сары, жены праотца Авраама.

В действительности, здесь Тора сообщает нам вещь полную глубокого аллегорического смысла. Вступая в брак, человек связывает свою жизнь с супругой до последнего дня жизни. Мы видим, что наши святые праотцы не разводились. Единственным исключением из этого правила можно считать праотца Авраама, отославшего Агарь. Однако Авраам сделал это не потому, что она ему «разонравилась», а потому, что хотел предотвратить отрицательное влияние Ишмаэля на Ицхака.

Мы не католики. Тора разрешает разводиться. Развод, тем не менее, не должен быть нормой — это серьёзнейший шаг, крайняя мера, к которой нужно прибегать только тогда, когда ничего другого не остается.

Сказал рабби Элиэзер: «Тот, кто разводится со своей первой женой, жертвенник проливает по нему слёзы, как сказано (Малахи, 2:13): “И это второе, [что] делаете вы: покрывается слезами жертвенник Б-жий, плачь и стон, так что не обращается [Б-г] к дару и не берёт с благоволением [приношение] из руки вашей.” И написано (Малахи, 2:14) “И скажете: «За что?» За то, что Б-г освидетельствовал между тобой и женой юности твоей, которой изменил ты, а она подруга твоя и жена завета твоего». (Санэдрин 22а)

В идеале Тора хотела бы, чтобы супруги заключали брачный союз не только до конца их дней на земле, но так, чтобы он оставался в силе и после этого. В этом свете, настоящей изменой является именно развод — изменой по отношению к детям, которым теперь придется расти в разрушенном доме сиротами при живых родителях.

И было, когда говорила она Йосефу изо дня в день, и не слушал он её, чтобы лечь к ней и быть с ней. (Берешит 39:10)

«Быть с ней» — в будущем мире. (Раши Берешит 39:10, см. также Сота 3б)

Брак заключается не только для жизни в этом мире, но и для мира будущего.

Именно в этом заключается связь между рассказом о похоронах и рассказом о свадьбе Ицхака.

На что должен обращать внимание человек в выборе супруги, что ему следует проверить в первую очередь?

И будет девушка, которой скажу я: «Наклони же кувшин свой, и попью», и скажет она: «Пей, и также верблюдов твоих напою», её предназначил Ты Твоему рабу Ицхаку, и в этом узнаю, что сделал Ты милость моему господину. (Берешит 24:14)

«Её предназначил» — подходит она ему (Ицхаку), поскольку будет заниматься милосердием и [благодаря этому] достойна она войти в дом Авраама. (Раши Берешит 24:14)

Женщина, готовая думать не только о себе, но и о других — именно такой подобает быть будущей супруге.

Раби Яаков Хагиз родился в семье раби Шмуэля в 1620-м году в городе Фес в Марокко и скончался в 1674-м году в Константинополе. Раби Яаков жил в Италии, однако впоследствии переехал в Землю Израиля и основал ешиву в Иерусалиме. Особенную известность раби Хагиз приобрёл благодаря своим респонсам, собранным в книге «Алахот Ктанот». Его алахические ответы отличаются краткостью и хорошо демонстрируют незаурядную остроту ума автора. Да и сам подход рава Хагиза к решению обращённых к нему вопросов крайне нестандартен.

Вот один из респонсов, приведённых раби Яаковом в своей книге:

Было найдено в рукописях господина нашего рабби И. Бутона, благословенной памяти, что берущий женщину в жены может сказать благословение «Шэехеяну», а когда спросили рава Ор Шрагу, благословенной памяти, сказал: «Стоило спросить, нужно ли говорить благословение «Барух Даян аэмет». (I, 7)

Благословение «Шэехеяну» — «Благословен… сохранивший нам жизнь, поддержавший нас и позволивший нам достичь этого времени» — говорят, когда с человеком происходит что-то хорошее, или когда он получает хорошие известия, касающиеся его самого. Благословение «Барух Даян аэмет» — «Благословен… судья истинный» — говорится, когда человеку сообщают о смерти одного из его родственников.

Отрывок этот послужил поводом для многочисленных обсуждений. Что именно хотел сказать рав Ор Шрага своим остроумным ответом? Демонстрирует ли этот ответ лишь нестандартное чувство юмора раввина, или он действительно хотел, чтобы его слова были истолкованы буквально?

На мой взгляд, в словах этого раввина сокрыта глубокая тайна, связанная со смыслом брака.

Нужно сказать, что существуют два благословения, которые произносятся в связи с радостными событиями. Одно из них — это вышеупомянутое благословение «Шэехеяну». Помимо него есть ещё и благословение «а-мейтив» — «Благословен… благой и делающий благо». В чём же состоит разница между этими двумя благословениями? В каких случаях произносят первое, а в каких — второе?

Учили: «Построил [себе] новый дом или купил [себе] новые одежды — говорит «Благословен… сохранивший нам жизнь… и позволивший нам достичь этого времени», себе и другим — говорит «Благословен… благой и делающий благо»… И учили: «Короче говоря, на своё говорит «Благословен… сохранивший нам жизнь и поддержавший нас», на своё и принадлежащее товарищу говорит: «Благословен… благой и делающий благо». (Брахот 59б)

Благословение «Шэехеяну» произносится в том случае, когда хорошая весть касается только одного человека. Однако если новость касается двух людей и более, необходимо говорить благословение «а-мейтив», текст которого подразумевает: «Всеблагой по отношению ко мне и делающий благо другим».

Теперь мы можем понять слова автора книги «Алахот Ктанот».

Жених задал вопрос, нужно ли ему произносить благословение «Шэехеяну», на что раввин ответил ему, что вместо «Шэехеяну» ему следует произнести «Барух Даян аэмет». В своих словах раввин намекнул ему, что вопрос, который ему следовало бы задать, должен был касаться благословения «а-мейтив»: ведь не только жених вступает в брак, но и невеста, и для неё это тоже является радостным событием. Поскольку жених думает только о себе и совсем забывает о невесте, ему следует произносить «Барух Даян аэмет», так как ничего, кроме проблем, из такой свадьбы не выйдет.

Жалоба

Проголосуйте:

1 балл
За Против

Добавить комментарий

Жизнь после смерти. 9-ая часть

Почему Талмуд запрещает хвалить людей?