Matzo for Passover with Seder meal with wine on plate on table close up

Почему праздничная трапеза — одна из 15 шагов на пути к свободе?

Когда мы думаем о том, как достичь святости, нам может показаться странным, что одна из мицвот в Лайла Седер — это вкушение пасхальной трапезы. Какая особенная святость может быть в еде?

Объяснение этой «странности» в еврейском отношении к физическим влечениям и материальным потребностям, которое отличается от других религий. Наши духовные лидеры никогда не давали обет целибата и не уходили в горы на целый день, чтобы наполняться духовностью. Прежде, чем опровергать или оказываться от материального, иудаизм делает акцент на важности  наслаждения в праздники и радости супружеских отношений.

Б-г хочет, чтобы так и было. В доказательство приведу следующий аргумент: вместо того, чтобы все питательные элементы смешать в одну массу (или в форму какой-то особенной «протеиновой таблетки»), Б-г изобрёл разные вкусы и разнообразное строение плодов в виде  — апельсина, клубники, шоколада, банана и манго. Почему? Да потому что Создатель хочет, чтобы люди наслаждались. Недаром Адама и Хаву поместили в Ган Эден — Сад удовольствия.

Талмуд говорит:

Первое, о чём спросят человека, когда тот отправится, завершив свой жизненный путь на небеса: «Ты наслаждался всеми дарами земли?»

 

Вечером, в канун Песах, мы вкушаем праздничную трапезу, чтобы обрести истинную свободу, освящая жизнь, а не убегая от неё.

 

 

Наслаждение афикоманом

рав Шимон Аписдорф

После того, как ночью, в завершение праздничной трапезы, мы едим афикоман, нам запрещено есть что-то другое, но можно пить воду.

Доставила бы Вам поездка в Диснейленд удовольствие, если бы вы вернулись домой с пустыми руками? Без видео, без фото и даже без открытки или футболки с Микки Маусом? Возможно, в каждом нашем стремлении запечатлеть незабываемое мгновение на цифровом носителе или плёнке, мы приносим в жертву самое главное. Когда мы начинаем гоняться с камерой за каким-нибудь «красивым кадром», разве мы не исключаем себя из всеобщей картины радости, которая попадает в наш объектив?

Не становимся ли мы вместо активных участников, наблюдателями со стороны?

Законы, которые диктует  афикоман, означают, что когда-то наслаждение закончится: в этих правилах кроется намёк на то, что все прекрасное имеет свое начало и свой конец. Вот и наслаждению приходит время завершения.

Еврейское искусство наслаждения позволяет нам погрузиться в непосредственный жизненный опыт, настроиться на волну наших чувств и без остатка впитать в себя все, что можно воочию увидеть, услышать и вкусить, а также множество сопутствующих им ощущений. Влиться в танец и наслаждаться радостью движения. Вслушиваться в мелодию и пережить слёзы счастья и откровения! Испытать любовь и чувство изысканной близости любимого или любимой, которое живёт в нас. Осознанно проживать каждый день и каждое мгновение; впитать в себя неповторимость каждого шага, обретённого на жизненном пути.

После завершения Седера, еврейский закон предлагает нам не пробовать ничего после афикомана. Это ночь наслаждения: идеями, чувствами и образами. Учатся родители, внимают дети; все вместе мы растем и совершенствуемся. Пусть это станет частью нас.

Наслаждение в эту ночь — это чувство свободы. Только тогда вы сможете уйти другим. Не с подарками и фотографиями, но уйти другим человеком. Другим евреем. И этого вам никогда не забыть.

Выберите то жизненное впечатление, которое вы хотите унести с собой после Седера — закройте глаза, остановите это мгновение и получите от него удовольствие.

 

Тело и душа

рав Шрага Симмонс

 

Почему вкушение афикомана — один из 15 шагов на пути к свободе?

Последнее, что мы едим ночью — афикоман.

(Маца на десерт?! Вы не ошиблись? А я-то подумал, что будут пирожные ☹).

В  заключение Седер Песах мы едим кусочек мацы не потому, что голодны, а по внутреннему повелению. Физическое удовольствие — целостная часть нашей с вами жизни — иногда позволяет нам высоко поднять планку наслаждения и многое себе позволить. Но не менее важно вовремя остановиться и ограничить себя.

Чтобы показать эту идею, Талмуд сравнивает человека с «всадником, управляющим лошадью». Задача лошади — довезти вас туда, куда вам нужно; но без нужных приспособлений (узда, седло, вожжи, стремя) лошадь ленится и может даже сбросить нерадивого наездника.

Вот почему, принимая необходимые решения, всаднику нужно держать всё под контролем.

То же происходит и с телом. Наши тела — способ для передвижения нас по жизни; им нужна забота и внимание, а не исключительное, «царское» положение. Существует разница между ежедневным здоровым питанием и поездкой в Европу, для того чтобы отведать блюда настоящей итальянской кухни. Человек, управляющий своими телесными побуждениями, — не что иное, как человек свободный.

Иудаизм говорит: управляй телом так, чтобы оно не управляло тобой. Станьте хозяином самого себя.

Что значит для нас подняться над физическими влечениями, отличающими человека от животного? Баал-Шем-Тов рассказывал историю, когда, вместо соседа, сидящего рядом с ним за ужином, он увидел вола.

Человека, гоняющегося за телесными удовольствиями, нельзя отличить от животного.

Свобода — это обузданная душа.

— Кого можно назвать героем? – задается вопрос в трактате «Пиркей Авот» («Поучения отцов»).  Того, кто обуздал свои страсти. Сильный человек — это тот, кто может себя превозмочь. Так говорит Талмуд.

 

В Седер мы прячем афикоман, ищем его, находим и получаем приз! То же самое происходит и в наших духовных поисках и добрых начинаниях. Хотя они сокрыты где-то глубоко внутри, в наших силах искать, найти и получить выигрыш — кристально чистую свободу.

 

Корех: восстановление еврейского единства. 

Почему корех — сэндвич из двух кусочков мацы — один из 15 шагов на пути к свободе?

Сэндвич Ѓиллеля — подобно кирпичу и раствору — это преломленная маца, проложенная горькими травами и харосет. Маца когда-то была целой. Это прообраз и идея того, что еврейский народ можно раздробить и разделить. Но нас объединяет (цементирует!) одно общее связующее звено — Тора и прожитая нами история.

Талмуд говорит, что евреи получили искупление и вышли из Египта благодаря общему единству. Мы объединялись благодаря нашему посвящению друг другу и заботу о будущем своего народа. Через несколько недель, на горе Синай, мы стояли рядом, вместе и приняли Тору единым сердцем и единым разумом.

Сегодня мы сражаемся друг с другом под недремлющим оком мировых СМИ. Это и смущает, и обескураживает. Самая большая угроза еврейскому выживанию находится внутри нас самих. Мы можем противостоять ненависти других народов, если встанем и в один голос провозгласим: каждый еврей — это еврей. Прообраз «Нечестивого Сына», сидящего за накрытым столом в Седер Песах, выражает нашу убеждённость в том, что мы не должны потерять ни одного еврея.

Мы все — одна семья, несущая ответственность за нашу любовь и заботу друг о друге.

Мацу можно преломить и разломать, но её можно и восстановить. Именно этот сэндвич Ѓиллеля — традиционный символ нашей связи и взаимозависимости друг от друга — возвращает еврейскую нацию и скрепляет её тесными узами единства. Благодаря общности народа мы получили искупление и были освобождены из Египта, и именно по этой причине нас искупят вновь, и нас ожидает Геула — освобождение из галута.

 

Встать на защиту правды. Почему Биркат ѓа-Мазон — один из 15 шагов на пути к свободе?

Общественное давление — единственное, что удерживает нас взять инициативу в свои руки и поступать правильно. Браха Биркат ѓа-Мазон, благословение после еды, была утверждена еще Авраамом 4000 лет назад. Авраам радушно приглашал в свой шатёр идолопоклонников, чтобы разделить с ними свою трапезу, а затем говорил им, что цена такого приёма — Б-жье благословение. Они думали, что он сумасшедший! Никто из современников Авраама не верил в  Б-га и поклонялся идолам!

Авраама называли ѓа-Иври (еврей), «перешедший на другую сторону». Он был изгоем на фоне существующего социума, а его голос был подобен гласу вопиющего в пустыне.

Разве мы смогли бы противостоять сегодня такому социальному давлению? Разве мы выступаем единым фронтом против распространения в средствах массовой информации секса и насилия?

Против наркотиков и преступности на наших улицах?

Рабство — это озабоченность созданием собственной репутации и социального статуса. (Что они подумают обо мне, если я выступлю против? Как мне перенести, в таком случае, боль отчуждённости и отвержения?)

Еврейское слово для названия страны Египет — Мицраим, происходит от слова мицар — узкий, суженный. Когда мы оставляем Египет, мы выходим из духовного ущелья, становимся свободными от общественного давления, заставляющего нас идти узкой тропой моды, имиджа и каких-то сиюминутных целей и задач. Свобода означает созидание правды, даже когда она не столь популярна. «Печать Г-спода — истина» (Шабат, 55а). Я должен жить своими убеждениями, не поступаться своей  совестью.

Такая реальность делает нас по-настоящему свободными.