И взяли сыновья Аарона: Надав и Авиу, каждый свой совок (для углей), и положили в них огонь, и возложили на него воскурение, и принесли приношение пред Б-гом огонь чуждый, чего не велел им. И вышел огонь от Б-га, и пожрал их, и умерли они пред Б-гом. И сказал Моше Аарону: «Это то, о чём сказал Б-г, говоря: «Близкими ко Мне освящусь и пред всем народом чтим буду»; и умолк Аарон.

(Ваикра 10:1-3)

И козла грехоочистительной жертвы искал, искал Моше, и вот, сожжён. И разгневался на Элазара и на Итамара, сыновей Аарона, оставшихся, говоря.

(Ваикра 10:16)

«Искал, искал» середина слов Торы, «искал» конец её (первой половины), «искал» начало её (второй половины). (Софрим 9, 2)


Мы не понимаем путей Б-га

Смерть сыновей первосвященника Аарона в восьмой день посвящения Мишкана стала большой трагедией для всего народа, омрачившей его радость. Без всякого сомнения, однако, особенно тяжело восприняли случившееся Аарон и его жена, в одночасье потерявшие двух любимых сыновей — Надава и Авиу.

Смерть близкого родственника — это всегда страшный удар для всей семьи, но тяжелее всего пережить смерть детей, поскольку мы привыкли, что дети хоронят родителей, а не наоборот. Реакцией Аарона было отсутствие реакции: «… и умолк Аарон». Ответом Аарона стала пронзительная тишина. Слабый человек перед предвечным Б-гом.

И сейчас, если обрёл я милость в глазах Твоих, дай познать мне пути Твои, и буду знать Тебя, чтобы обрести милость в Твоих глазах, и смотри: ведь народ Твой — племя это! (Шмот 33:13)

И сказал: «Не сможешь ты видеть лика Моего; ибо не увидит человек Меня и останется жив». И сказал Б-г: «Вот место при Мне; и встанешь на скале. И будет, когда проходить будет слава Моя, и поставлю тебя в расселине скалы, и покрою тебя ладонью Моею, пока не пройду Я. И уберу ладонь Мою, и увидишь Меня сзади, а лик Мой не будет виден». (Шмот 33:20-23)

Человек не может понять всей глубины и всех причин Б-жественного приговора, находясь с ним лицом к лицу: «Ибо не увидит Меня человек и останется жив». Только по прошествии некоторого времени можно попытаться понять глубину замысла Всевышнего и сокрытое в нём добро, как сказано: «И увидишь Меня сзади, а лик Мой не будет виден».

Комментаторы Торы уделили много внимания объяснению причин наказания, постигшего сыновей первосвященника Аарона.

Трагедия как источник душевных сил

Однажды я был в гостях у еврея по имени Дуди Зильбершлаг. Как-то я зашёл к нему в офис и увидел два портрета, висящие на стене. Одним из них был портрет ребе из Вижниц, к хасидскому двору которого принадлежит Зильбершлаг, а на втором был изображён симпатичный мальчишка лет десяти, одетый по-хасидски. Мальчиком этим был Меир, сын хозяина офиса, умерший в возрасте одиннадцати лет от тяжёлой болезни. Дуди, всю жизнь работавший в сфере рекламы и связи с общественностью, решил сделать что-то в память о своём покойном сыне. Для этого он создал в Израиле сеть бесплатных столовых, каждый день обеспечивающих пищей десятки тысяч неимущих израильтян, вынужденных ходить по улицам голодными.

Был у меня ещё один знакомый еврей, которого звали рав Авраам Равиц. Случай этот произошёл, когда Равицу, члену Кнессета, уже перевалило за семьдесят, и у него, страдавшего от сахарного диабета, отказали почки. Врачи сказали, что положение почти безнадёжное, и единственное, что может спасти пациента — это пересадка почки. Донором для пересадки мог стать один из его близких родственников. Тринадцать детей рава Равица стали спорить между собой, пытаясь решить, кому из них выпадет честь отдать свою почку отцу. Один сказал, что именно ему полагается стать донором, потому что он первенец. Второй — поскольку он обладает самым крепким здоровьем, и так далее. Спор этот, в конце концов, дошёл до раввинского суда, и еврейские мудрецы были вынуждены выносить решение, опираясь на сказанное в Торе и Талмуде. Вышла даже целая книга, посвящённая этому вопросу.

Есть тысячи подобных случаев, когда люди, прошедшие через трудности и даже пережившие трагедии, смогли превратить свой горький личный опыт в источник духовных сил, о которых они даже и не подозревали, но которые были скрыты в них. Парадоксальным образом трагедия способна вдохновить человека на проявление сокрытых в нём сил, которые, не случись этой трагедии, никогда не были бы реализованы.

Любой человек сталкивается с трудностями. Это могут быть проблемы на работе или в семье, болезни или потеря родных и близких. Во время кризиса человек не понимает, не способен понять смысл происходящего, как написано: «… и умолк Аарон». Только по прошествии многих лет человек, в конце концов, понимает, что пройденные им испытания были необходимо ему для его духовного развития: «И увидишь Меня сзади».

Мудрый человек сможет использовать свою скорбь и печаль и превратить их в новые силы, которые приведут его, в конце концов, к «… и козла грехоочистительной жертвы искал, искал Моше».

Не только на личном уровне, но и для всего народа

Правило это верно не только в частной жизни человека, но и в жизни всего народа. «Время бедствия для Яакова, и из него будет спасён» (Ирмияу 30:7). Спасение приходит из самого бедствия.

Сегодня от Катастрофы нас отделяет более семи десятилетий. До сих пор, однако, мы не нашли однозначного ответа на вопрос, почему было разрушено европейское еврейство. На самом деле, и сегодня большинство величайших раввинов воздерживаются от того, чтобы заниматься этим тяжёлым вопросом. Одной из причин этого является, что мы всё ещё слишком близки к происшедшему, для того чтобы трезво оценить его. Сегодня мы всё ещё находимся в состоянии «и умолк Аарон». Только по прошествии некоторого времени мы сможем начать разбираться и пытаться понять, что же произошло: «… и козла грехоочистительной жертвы упорно искал Моше». Должны пройти поколения, должна утихнуть и забыться личная боль, и только когда боль эта останется лишь в коллективной памяти народа и станет достоянием истории, только тогда мы сможем объективно подвести итоги и заняться поиском проблем и ошибок, приведших к Катастрофе европейского еврейства.

Вместе с тем наше поколение, несомненно, удостоилось того, чему не дано было удостоиться всем поколениям, прошедшим со времени разрушения Храма. Мы удостоились еврейского господства на многих частях территории нашей Святой Земли. Мы удостоились духовного возрождения в странах запада, в лоне либеральной культуры, там, где до Катастрофы был полностью разрушен традиционный еврейский уклад жизни, и там, где тысячи евреев когда-то оставили, соблазнившись идеями социализма, коммунизма и национализма, страны диаспор.

Как почитать память погибших?

Еврейская традиция предпочитает исполнение заповедей «помни» и «не забывай» (имеются в виду заповеди помнить и не забывать, сделанное Амалеком (Дварим 25:17-19), извечным врагом еврейского народа.) — строительству музеев Катастрофы и сиренам минуты молчания. Причина этого в том, что никто не знает, смогут ли эти способы почтения памяти погибших вынести проверку временем.

Государство Израиль установило дату Дня Катастрофы и Героизма на день 27 Нисана, поскольку в этот день нацисты уничтожили евреев, поднявших восстание в Варшавском гетто. Евреев, восставших против своих притеснителей и героически сражавшихся со своими мучителями. Само название — День Катастрофы и Героизма — говорит многое о тенденциозном отношении тогдашнего Израиля к жертвам Холокоста. Они считали, что есть жертвы и есть герои, но лишь герои достойны памяти, именно поэтому дата Дня Катастрофы была назначена в связи с восстанием в Варшавском гетто. Да и старый музей «Яд ва-Шем» был построен на пренебрежительном отношении к жертвам, покорно шедшим, как скот, на бойню, и восхищении партизанами и повстанцами Варшавского гетто, которые встали на свою защиту и оказали сопротивление нацистам. Именно на этом мифе о героях-повстанцах и должно было расти молодое поколение «новых евреев», способное постоять за себя и призванное построить еврейское государство, восставшее из огня Катастрофы.

В своё время, я был на церемонии открытия нового «Яд ва-Шем» в Иерусалиме. Одним из выступавших там был профессор Эли Визель, лауреат Нобелевской премии мира, летописец Холокоста и религиозный еврей. Вот, что он сказал в своём выступлении:

В прошлом мы делили всех на жертв и героев. Сегодня мы знаем, что героями были все. Героем был и простой узник Освенцима, находящийся на пороге смерти от истощения, который, вернувшись в барак после дня изнурительной работы в ночь Пасхального Седера, всё же находил в себе силы прошептать своему соседу по нарам: «Гут Йом-Тов» (Хорошего праздника). Героиней была и женщина, которая делилась своей скудной пайкой грубого хлеба с другой женщиной, лишённой пайка и приговорённой, таким образом, к голодной смерти. Любой подобный поступок был проявлением настоящего героизма.

И, на самом деле, новый музей «Яд ва-Шем» гораздо более объективен в своём отношении к страшной истории Катастрофы.

На мой взгляд, День Катастрофы может претерпеть вскоре немалые изменения. Сегодня многие государства устанавливают свои собственные дни памяти Холокоста. Также и ООН объявила 27 января — день освобождения Освенцима — международным днём памяти жертв Холокоста. В свете сказанного можно предположить, что в один прекрасный день Израиль последует их примеру и перенесёт День Катастрофы на дату, согласованную с международным сообществом.

В еврейской традиции, однако, принято чтить память жертв антисемитизма иначе. Мы почитаем их память особой молитвой, которую все произносят в пост Девятого Ава, установленного в память о начале изгнания. Иногда для этой цели устанавливают особый пост. В последнее время некоторые общины включили в порядок молитв Девятого Ава пиюты и молитвы, сочинённые раввинами, пережившими Катастрофу. Постепенно всё больше синагог начинают включать эти новые молитвы в тексты, освящённые поколениями на протяжении сотен и тысяч лет. Тексты эти останутся с народом Израиля даже тогда, когда будет забыт и превратится в прах последний из музеев Холокоста.

Придёт день, когда мы сможем понимать больше и знать больше, но до тех пор нам придётся жить с болью и памятью о жертвах, но главное — это «помнить» и «не забывать».

Эта статья — отрывок из книги рава Пинхаса Гольдшмидта «Слово Торы». Эту книгу можно купить на сайте Еврейской Книги.