in ,

Жизнь, полная любви: чудо, которого мы не ждали

image_pdfСохранить в PDFimage_printПечатная версия

«Не буду скрывать: у вас лейкемия. И картина неутешительная…»

Ниссан Якубов


Конечно, это были не те слова, которые в сентябре 2017 года я надеялся услышать в больнице «Тель а-шомер» от доктора Джонатана Канаани. Оказалось, у меня гемоглобин 5,5, тогда как норма 13,5-17. Диагноз острый миелоидный лейкоз стал тяжелым ударом для моей жены, наших шестерых детей и, конечно же, мамы.

После двух курсов химиотерапии мне сказали срочно связаться с братом или сестрой – была необходима пересадка костного мозга. «Но у меня нет ни брата, ни сестры», – слабым голосом ответил я. – Я единственный ребенок».

Врачи были настроены пессимистично, сказали, что найти подходящего донора мозга очень небольшой шанс, возможно, 1 на 15 миллионов, к тому же время было не на моей стороне. Еще сказали, что с чужим человеком не может быть стопроцентного совпадения – вероятность от 50 до 90 процентов. И, кроме того, с чужим костным мозгом придется поддерживать себя лекарствами всю оставшуюся жизнь. Но что я мог поделать!

Были задействованы друзья, семья и многие еврейские общины. Для меня организовали питание, дневные и ночные дежурства в больнице, собрали деньги, за меня читали Псалмы и молились.

Смерть охотилась за мной не первый раз. Я уже побывал в нешуточной автомобильной аварии, но каким-то чудом отделался всего несколькими ушибами и царапинами. Оглядываясь на свою жизнь, я ясно видел, что Бог отвечал на мои молитвы. А что же я, стал принимать это как должное? Какая-то часть меня как будто ускользала от Бога.

Что ж, на этот раз я просто не мог Его игнорировать. Но мог ли я молиться о милости Бога после того, как умер мой отец, а ведь мне так его не хватало!

Я вспомнил, как сильно мы с отцом любили друг друга, это была любовь, какую я испытываю к своей жене и всем своим детям вместе взятым, любовь, которая кажется бесконечной, совершенно беспредельной… И тут меня пронзила мысль: всю эту любовь, какой бы великой ни была, нельзя даже близко сравнить с той, которую испытывает ко мне Бог. В этот момент, лежа на больничной койке, с глубокой нежностью я сказал Богу: «Я буду любить Тебя до последнего вздоха, и ничто никогда не сможет этого изменить», – эти мысли прозвучали в моей голове, и я провалился в сон, глубокий и безмятежный.

Несколько дней спустя мне позвонила жена и сказала, что организация Эзер ми-Цион нашла для меня донора костного мозга… Он из Израиля, ему 18 лет, и это абсолютно стопроцентное совпадение ДНК. Врачи не могли в такое поверить.

Я думал: неужели это не сон? Но ведь все это не может происходить на самом деле, все слишком хорошо, чтобы быть правдой! Неужели Бог собирается сделать для меня такую потрясающую вещь?… Однако радоваться было еще слишком рано.  

После последнего курса химиотерапии я уже был готов к пересадке донорских стволовых клеток, которым предстояло перерасти в костный мозг. Это должно было быть сделано внутривенно, через руку, процедура занимала всего на 20 минут.

Это был декабрь 2017 года, дни Хануки, время чудес. Медицинская команда сказала мне, что обычно они собирают для пересадки от 5 до 6 миллионов стволовых клеток, но на этот раз каким-то образом удалось собрать 9,5 миллионов. «И еще хорошие новости!  Эти клетки превосходного качества! По шкале от 1 до 10 они получили бы 10+! Ты понимаешь, как тебе повезло?!» – сказали они.

«Нет, это не удача, – сказал я. – это подарок Всевышнего, разве вы не понимаете?»

И одна из медсестер ответила: «Да, это абсолютная правда!» От переполнявших меня чувств на глазах выступили слезы.

Как у амбулаторного пациента, мой первый тест на костный мозг был у доктора Ноги Шем-Тов. Она сказала, что не знает точно, сколько костного мозга мне понадобится, потому что это индивидуально и по большому счету выяснится только в процессе пересадки. Мало того, в некоторых случаях донорский мозг может не помочь, даже если на все сто соответствует требованиям. И, если в моем костном мозге остался хотя бы 1 процент клеток, пораженных лейкемией, придется начинать заново весь процесс.

Еще она предупредила, что новый костный мозг может атаковать мои органы, а от химиотерапии могли пострадать сердце и почки. И наконец последний ее вывод был таким: «Твой гемоглобин никогда не будет выше 10, потому что это не твой костный мозг».

Слава Богу, результаты первого теста показали, что тело мое полностью приняло пересадочный материал. Я был в полной ремиссии, не было никаких следов лейкемии, и гемоглобин сверх ожидания был 11,25.

Три месяца спустя второй тест показал стабильное стопроцентное принятие нового костного мозга, и у меня по-прежнему была полная ремиссия. Гемоглобин в среднем держался на уровне 12,25. В настоящее время ремиссия на том же уровне, а гемоглобин и вовсе в среднем 15,5. Не было ни осложнений, ни повреждений органов и никаких инфекций. Доктор Шем-Тов сказала мне, что многое из этого было связано с «твоим хорошим другом в Небесах».

«Он не просто мой друг, – ответил я. – Он наш Отец».

Мне еще приходится принимать небольшие дозы химиотерапии – в качестве профилактики, ведь у меня был очень высокий риск не справиться с лейкемией. Однако все настроены оптимистично, и я безмерно благодарен Богу за Его постоянную любовь и чудеса, которые Он для меня совершил. И еще благодарю организацию Эзер ми-Цион за то, что она бесценный посланник Бога.

Теперь мы с женой знаем, насколько на самом деле хрупка и драгоценна жизнь. Мы убедились в том, что любовь и оптимизм невероятно важны. Мы всегда говорим нашим детям: «Разве любовь не лучше всего на свете?».  

Еще мы серьезно изменили отношение к еде. Глоток за глотком, кусочек за кусочком мы восстанавливаем наши тела. Мы на самом деле стали свидетелями чуда, хотя никогда не ожидали ничего подобного. Нет никакого значения, что с происходит вокруг – жизнь, полная любви, в действительности очень проста и потрясающе красива.

Report

What do you think?

Почему Святой Храм находился на горе?

Рамбам открывает секрет семейного счастья