- «И пришли сыны Израиля, вся община, в пустыню Цин в первом месяце, и остановился народ в Кадеш» (Бемидбар, 20:1). И умерла там Мирьям». Раши: «Почему раздел о смерти Мирьям расположен непосредственно после раздела о красной телице? Чтобы сказать тебе: подобно тому, как жертвоприношения искупают, так искупает смерть праведных» (Моэд катан, 28а).
Сравним с тем, что сказал Раши о Яакове в главе Ваеце, – о праведнике, который не умер, но тоже уходит – покидает место, в котором до того находился: «И вышел Яаков из Беер-Шевы» (Берешит, 28:10), – Раши пишет: «Уход праведного из какого-либо места дает себя знать: пребывая в городе, праведник являет собой его величие, блеск и великолепие (т. е. служит украшением города); когда же он уходит оттуда, место это лишается своего величия, блеска и великолепия». А здесь у нас со смертью Мирьям – сразу: «И не было воды для общины» (Бемидбар, 20:2)… Вакуум, «дыра» в благословении; какое же тут искупление?
И сказали: «Смерть праведников – плохо для них и плохо для мира» (Санедрин, 8:5). - И что такое вообще «искупление»? В День Искупления в молитве Унтане токеф мы провозглашаем: «И тшува – возвращение к Всевышнему (здесь имеется в виду раскаяние – сожаление о грехе и внутренняя готовность не возвращаться к нему более), и тфила – молитва (просьба к Всевышнему помочь во всем этом), и цдака – благотворение (желание «возместить, уравновесить» свои плохие дели хорошими) – отводят грозный приговор»; и в этом списке нет смерти праведника, как и жертвоприношений, с которыми Раши эту смерть сопоставляет, – как нет, впрочем (напрямую, во всяком случае), поста или страданий.
И дело здесь в том, что те три вещи в молитве – из тех, что в руках человека! Но у Всевышнего есть средства отвести тяжелый приговор, даже когда люди не готовы сделать то, что нужно для этого с их стороны; или нет у них, в самом деле, к тому сил и возможности. И тогда Всевышний делает то, что нужно, «насильно», часто неожиданно, – приходит какая-то беда, испытание… И то, что приходит, – все же мягче, чем то, что полагалось по мере строгого суда, – и «подталкивает» людей к тем трем вещам, которые им надо сделать… И смерть праведника – одно из тех «чрезвычайных средств»: боль от этой утраты настолько велика, что Небесный суд засчитывает ее всему обществу как наказание, и страшный приговор отменяется. Праведник словно берет удар на себя; и в этом – смысл искупления! - Но только нужно для этого, чтобы он был в живой связи со своим окружением, – так, что его смерть была для него великим горем, – и лучшим доказательством этой связи является оплакивание. И в нашем случае, с Мирьям, связь эта проявилась, как мы сейчас увидим, в особой, необычной форме – бунта… Именно в из-за необычной силы этой связи…
- И Раши приравнивает смерть Мирьям к жертвоприношениям – изначально установленным Всевышним средствам спасения и исправления, – по логике, по которой посылает Он «лекарство прежде болезни».
Но вот ведь нигде не сказано прямо о том, что оплакивали Мирьям, – как описано это для Моше: «И оплакивали сыны Израиля Моше в степях Моава тридцать дней» (Дварим, 34:8), и также Аарона: «И оплакивали Аарона тридцать дней – весь дом Израиля» (Бемидбар, 20:29)?
И кто же были для народа все эти трое?
«Три прекрасных дара были даны Израилю благодаря трем руководителям. Колодец – в заслугу Мирьям; облака Славы – в заслугу Аарона, и ман – в заслугу Моше (Таанит, 9а).
А со смертью Мирьям, – сразу после сообщения о ней сказано: «И не было воды…»
И пишет Кли якар, что отсутствие описания траура – обвиняющий намек: траур не проявился сразу так, как должен был, и воды не стало сразу – угроза жажды была внезапной и невыносимой…
Р. Шимшон Рафаэль Гирш пишет, что Мирьям была как бы «матерью» народа – влияла прежде всего через сферу семьи, через песнь (на море) и веру. Как только она ушла, – обнажились суровые реалии пустыни; и народ, вместо того чтобы оценить в полной мере ее величие и оплакать ее, – тут же сорвался на бунт против Моше и Аарона.
И рабейну Бахья говорит, как бы обобщая все это, – что ее оплакивали не слезами, а криком – от осознания того, что вместе с ней исчез сам источник жизни. - Сказали мудрецы о связи праведника с его поколением: «Увидел Всевышний, что немногочисленны праведники, и шаталь – насадил их (как сажают деревья) во всех поколениях» (Йома, 38б). Спросим: почему не сказано «поместил»? «Поместить» можно камень – в любое место, а «насадить» – это другое. Праведник подобен дереву, а дерево приживется не везде; оно пребывает в живой связи со своим окружением – впитывает соки земли, солнечный свет и дает в свою очередь свой живительный, полезный другим плод. И так же точно праведник! И будто специально, чтобы научить нас этому, – Хони а-меагель чудесным образом проспал семьдесят лет, – и вот, проснувшись, оказался хоть и в том же месте, но не в своем поколении, в мире своих внуков, – и духовно оказался «ло шатуль», – не смог уже найти себя! (Таанит, 23а). Он оказался слишком велик для новой среды и не смог найти себе хевруту – напарника по учебе. И вот – его трагический крик — хеврута или смерть — подчеркивает, что без живой связи со своим поколением, своей средой миссия праведника становится невозможной…
До этого эпизода он, как и Мирьям, Моше и Аарон, хотя и был духовно выше других людей своего поколения, – все же был рожден и вырос в нем, – и потому был способен брать у других – и давать им.
Была ли эта информация полезной?
Спасибо за ваш отзыв!
