Часть 1
В главе Корах мы видим два важнейших момента, имеющих общую основу. Первый – жезл Аарона расцветает: «И было, на следующий день, когда вошел Моше в шатер откровения, и вот, расцвел жезл Аарона из дома Леви, расцвел цветами, пустил почки, и созрел на нем миндаль» (Бемидбар, 17:23). А второй – Датан и Авирам из колена Реувена, присоединившиеся к бунту Кораха, и все, что у них было, – и даже жены, малые дети, и вещи, и дома, – проваливаются в шеол – преисподнюю…
- Упомянутый жезл – всего лишь кусок мертвого дерева. Но он принадлежит такому человеку, как Аарон; но если бы этот жезл был арендованный или одолженный, – он не расцвел бы. А в отношении вещей Датана и Авирама в Талмуде (Санедрин, 109а) говорится, что даже их вещи, которые были одолжены другим людям, чудесным образом покатились – и провалились вслед за ними…
В современном мире существует представление о том, что «раб, рабство» – понятия, унижающие человека. Но нам здесь важно понять, что установление это не зря существует в Торе, – и связано с самим замыслом творения мира: с тем, что вещь низшего духовного порядка может находиться во владении того, кто духовно выше, – и это дает шанс тому, кто ниже, духовно возвыситься! Будь то вещь или живое существо, и даже человек – который без этого был бы обречен оставаться таким, каким был создан… Шанс на поднятие – пусть даже насильно, без осознания, для него – бесценный дар!
Не нужно объяснять, насколько часто в мире испорченном, среди испорченных людей власть над другими часто оборачивается насилием и злом. Но в идеале Торы высшим титулом для человека является звание «Раб Б-жий»; и названы Эвед Ашем – «рабами Б-жьими» – Авраам (Берешит, 26:24), Моше (Дварим, 34:5), Йеошуа бин Нун, Давид (Теилим, 18:1), и Иов (Иов, 1:8), и царь Машиах (Зехария, 3:8)…
И вот, эвед кнаани – кнаанский раб: он может быть изначально духовно подобен мертвому куску дерева; но если это такой раб, как Элиэзер, и он представляет себя: «Эвед Авраам анохи, – Я раб Авраама» (Берешит, 24:34), – говорит о нем мидраш (Берешит Раба, 59:8), что он даже внешне стал похож на своего хозяина! И говорит Раши: «Эвед мелех мелех, – Раб царя – (сам) царь» (на Дварим, 1:8, и на Берешит, 15:18 со ссылкой на Берешит Раба, 16, где это объясняется так: «Держись властелина, и тебе будут кланяться»). И даже обычный эвед кнаани – соблюдает субботу и ест только кошерное, а раб коэна – ест даже труму и некоторые кдошим, запрещенные простым евреям и даже царю! И не может быть понижен статус раба до обычного нееврея, но только повышен – путем освобождения – до свободного еврея. А о наемном работнике сказано: «Наемник не ест это» (труму и некоторые кдошим, которые ест раб коэна; и также он не ест жертву песах – Шмот, 12:45).
Так и еврейский народ – принадлежит Всевышнему изначально, как сказано в Зоар: (Ахарей Мот, 73а): «Святой благословенный, Тора и Израиль есть единое целое» – которое не может разделиться. И наш народ не может быть заменен и стать как другие, – то есть не может быть понижен его статус. - И наоборот: тот, кто не раб Всевышнего, – остается сухим куском дерева. Или становится им, даже если изначально был живым. И Корах «подлежит захоронению», – не только тело, но и душа вместе с ним. И это – обратное тому, что было с Элияу, взятым на небеса вместе с телом: «…И вознесся Элияу в вихре на небо» (Млахим II, 2:11). Душа его подняла его тело наверх!
Часть 2
Но в главе этой перед нами стоит и другой вопрос. Почему у Датана и Авирама проваливаются в шеол даже дети – а мы ведь видим в Торе слова о том, что: «Отцы не должны быть наказуемы смертью за детей, и дети не должны быть наказуемы смертью за отцов; каждый должен быть наказываем смертью за свое преступление» (Дварим, 24:16), – тем более дети малолетние! Разве не должен каждый отвечать только за свои поступки?
Верно, что отцы создают детям условия и определяют многое для всей их последующей жизни и должны отвечать за это… И сыновья неизбежно страдают от ошибок отцов по природе вещей, как, например, страдает здоровье у детей отца или матери алкоголиков; или постепенно, по мере взросления – душевные качества у детей людей безнравственных. Но в случае Датана и Авирама – что испортил их одноразовый поступок у их детей: здоровье? Или их мораль, жизненные взгляды и позиции, которые еще не успели сложиться? Как кажется, можно было бы просто оставить их на земле, – и пусть бы росли сиротами; наказание большое и, как кажется, для них достаточное!
Однако прежде всего – приведенный выше в книге Дварим закон – для суда земного, тогда как суд Небесный…
Об этом красноречивее всего говорит история в мидраше (Танхума, Шмот раба) – о том, как Моше в Египте спас еврейского ребенка, замурованного египтянами в стену (за невыполнение нормы сделанных за день кирпичей), который впоследствии стал известен как Миха. (По одной из версий, само имя «Миха» происходит от корня маха – «раздавленный, сплющенный»). Моше выходил его, исцелил, – и что вышло из этого?
По преданию, именно Миха был причастен к появлению Золотого тельца у горы Синай; и по мидрашу, в момент величайшего чуда – рассечения Красного моря, когда евреи шли по суше, – он нес с собой за пазухой идола; и в эпоху Судей он создал у себя в доме храм для идолопоклонства – сделал идола, и совращены были этим идолом многие… И вот – попытка Моше быть «милосерднее Самого Всевышнего» обернулась трагедией…
«А сыновья Кораха не умерли» (Бемидбар, 26:11)… В самую последнюю секунду раскаялись – и потомком их стал пророк Шмуэль; а их псалмы вошли в Священное Писание – «Псалмы сынов Кораховых»…
Часть 3
Бунт Кораха был направлен не только против авторитета Моше и Аарона, что понятно из вопроса Кораха к ним: «Всё общество, все святы, и среди них Г-сподь! Почему же вы возвышаетесь?» То есть – «мы все стояли у горы Синай и слышали голос Б-га – и нам не нужны посредники! У каждого своя Тора, как он ее понимает, – а не единая, что дана через Моше!» Бунт, направленный против факта дарования единой Торы через Моше, с центральной его идеей – равенства всех в народе и отрицания избрания Моше Всевышним! И здесь, как всегда в столь серьезных вещах, нужно дойти до исходной точки отрицания истины бунтовщиками, – каковой непременно в конечном итоге будет отрицание единства Всевышнего!
И вот – они представляют Его, Всесильного и Всемудрого, Творца всех миров, как обыкновенного земного царя – одного из многих! Которого могут обмануть хитрые царедворцы, что бывает, – и в данном случае это Моше и Аарон! Могут очаровать царя, овладеть им (как авантюрист Григорий Распутин прямо-таки «приворожил» и подчинил себе семейство последнего русского царя Николая Второго – и немало способствовал тем падению в России царской власти…) Но тогда и Тора такого «царя» тоже стоит не больше, чем законы царей земных!
И в том суть язычества: не просто богов много, – они ограниченные… Их можно обмануть, подкупить, задобрить, спрятать от них что-то или заставить их действовать в своих интересах хитростью, или с помощью колдовства и магии…
Но истина в другом. Есть равенство людей – перед Всевышним! И в том оно, что все Им судимы, и нет в том исключений! Любимые же, Им избранные – строже всех! То, о чем сказал Моше Аарону после гибели Надава и Авиу: «(Самыми) близкими ко Мне Я освящусь» (Ваикра, 10:3), – и в том величайшее освящение Его Имени! И вот – самому Моше не простил Всевышний проступка у вод Мерива (когда Моше ударил по скале вместо того, чтобы говорить ей, – хотя были и другие, более внутренние и сокрытые причины для того, чтобы так произошло), – и не позволил ему войти в Святую Землю, – как тот ни просил и умолял…
Часть 4
И вот – Рабба бар бар Хана слышит, как из глубин земли, из самой преисподней голоса Кораха и сообщников его восклицают и вторят: «Моше – истина, и Тора его – истина, а мы лжецы!» (Бава Батра, 74а).
Те самые уста, которые в этом мире кричали: «Зачем вы возвышаетесь над общиной?», уста эти, – не как другие грешники, которые, покидая геином, возглашают: «Хорошо Ты нас судил! Хорошо Ты нас судил!», – а прямо из огня его, находясь там, где все предельно ясно, вынуждены вечно провозглашать иное, – став особыми, совсем уж необычными свидетелями дарования Торы на Синае…
